Арам Габрелянов ушел из “Национальной медиа группы”, чтобы заняться интернет-проектами. О личности Габрелянова и возможных мотивах его поступка рассуждает эксперт Борис Межуев:

Деятельность Арама Ашотовича можно и нужно исследовать в разных направлениях: и как первопроходца в разных медиатехнологиях, и политического игрока, и коммерческого игрока. Он был первопроходцем во многих направлениях. Лично я был свидетелем первоклассной школы военной журналистики. Шли боевые действия, и “Life” отрабатывал новости лучше, чем остальные каналы. Он создал особый интернет-канал. Понятно, что элемент медиаскандальности был необходимо связан с той деятельностью, которая велась. “Life” хотел оказаться ближе всех к происходящему. Это требовало определенных контактов, в том числе со следственными органами. Очень много таких технологических моментов, связанных с риском. Но этот риск, которым Габрелянов славится, вступал в противоречие с представлениями о респектабельности. По мнению некоторых, респектабельное СМИ должно быть более гладким, меньше похожим на Чацкого, меньше на Молчалина. Что-то такое, более удобо превратное, удобо полезное. Возможно, основания для этого есть. Я не беру во внимание коммерческую сторону, ибо не владею подробностями. Что касается социальной респектабельности, то этот конфликт был заметен. Для Арама Ашотовича респектабельность без риска всегда была мало интересной. Мы не общались с ним год. Сейчас он действительно говорит о том, что уходит в Интернет. Те люди, которые формируют медиаповестку, разные люди, не обязательно начальники, считают, что рисковать можно только в Интернете. В газете, радиостанции и тем более на телеканале лучше обойтись привычными методами. Если вы хотите больше остроты, не обязательно политической, экспериментируйте в Интернете. Мне кажется, эта точка зрения, безусловно, имеет право на существование, она отражает британские представления о респектабельности. И, прямо скажем, противоречит тем представлениям о респектабельности, которые существуют в Соединенных Штатах, где газеты в прежнем виде уже не существуют. Это активные политические игроки. Очень жесткие, острые, политически ангажированные. В этом смысле выбор Арама Ашотовича вполне объясним.