Эксперт Олег Сухарев рассуждает о том, что на совещании у Дмитрия Козака опять изменили параметры реформы господдержки промышленного экспорта:

  Если давать общую оценку функционирования промышленности, причём учитывать то, какой она была и какой её многие помнят, то промышленность, вне всяких сомнений, находится в тяжелом состоянии.

Во-первых, сильная фрагментация промышленности по секторам в масштабе страны.

Во-вторых, утрата отдельных видов и направлений деятельности (секторов промышленности), либо сильное сжатие прочих, исчезновение, вероятно тысяч или даже десятков тысяч промышленных предприятий за 27 лет реформ.

В-третьих, контроль над отдельными видами производства из-за рубежа, вследствие приватизации.

В-четвёртых, высокий уровень затрат, при низкооплачиваемом труде и высоко изношенном капитале, причём оба вида ресурса (труд и капитал) в среднем за 27 лет покидали обрабатывающий сектор (промышленность). Это и есть имманентная характеристика её функционирования.

В-пятых, разрыв промышленных рынков, высокая зависимость от импорта, низкий технологический уровень и не растущая производительность  также явились характеристикой функционирования промышленности.
Собственно “реальный сектор”, как теперь принято называть,  принял на себя основной удар “реформ”, ради ликвидации этого сектора они, собственно и проводились.

Поэтому, учитывая сказанное, любая подлинная забота о восстановлении промышленности, развитии, тем более предоставлении некоего ресурса – должны вызывать одобрение.

Однако, если формы поддержки пересматриваются несколько раз в экстренном порядке, если Фонд развития промышленности не обладает необходимым для решения системных задач ресурсами, предоставление которых привязывается к возможностям самого бизнеса в данном секторе промышленности, то это не то кредитование (длинные деньги банковского сектора) промышленности, которое в идеале в отлаженно функционирующей экономике необходимо.

Если деньги из Фонда развития промышленности передадут банкам для выдачи льготных кредитов, причём только на поддержку экспорта, то такая трансакция вряд ли что-то решит, так как правительство не осуществляет действий, стимулирующих банки кредитовать реальный сектор – самостоятельно, без бюджетной подпитки.

К тому же, откуда и чем обоснована сумма в 338 млрд рублей, что это за экспорт промышленной продукции, каковы его перспективы и эффективность выделения именно таких средств?

Если формально эти деньги не будут связаны с поддержкой экспорта, чтобы якобы не нарушить правила ВТО, то каким образом они будут использованы, ни понизит ли такая передача эффективность их использования?

Помимо поддержки промышленного экспорта, необходимо думать о поддержке самой промышленности – восстановлении секторов, целых видов деятельности, производств, создания абсолютно новых высоко технологичных отечественных (по типу Зеленоградских).

Если от субсидирования экспорта отказываются, значит средства должны пойти действительно на более значимые задачи – новые секторы, виды производств. Однако для их решения величина средств должна быть явно увеличена.

Решение о такой передаче – замене схемы с субсидии на займы для льготного кредита – вызвана опасениями по поводу возражений ВТО.

Однако, если стимулировать кредитование и развитие производств как таковых в рамках иной промышленной политики, то не придётся вообще придумывать обходные схемы для ВТО, чтобы поддержать какой-то экспорт, рост которого, возможно, поддержит промышленность, но явно не сделает ей перспективной погоды на развитие (промышленный экспорт не так велик, если не брать во внимание военную часть), к тому же России оказывается серьёзное сопротивление на мировом рынке по понятным причинам. Это и сдержит промышленный экспорт, понижая эффективность усилий по его интенсификации. При этом внутренний промышленный рынок остаётся в “разрывах”!

Кроме того, эти деньги, видимо, длинные и как будет оцениваться эффективность их использования на 15 летнем рубеже – остаётся неясным – в части ли или не в части поддержки экспорта,  это уже не важно.

Опять отбор проектов, опять проектное финансирование без проектировочного мышления, что предприятия будут уничтожаться, но получать финансирование по некоторым проектам. Так уже промышленность “развивается” вот уже более 20 лет. Тем более отбор проектов в регионах сопровождается заинтересованными схемами, снижающими эффективность.

Нужно не заниматься компенсацией банкам по льготным ставкам, а высветить коренные пороки того, почему банки без такой компенсации не создают длинные деньги в промышленности. Воздействие на изменение соотношения кредитных портфелей банков может быть только системное. Локальные льготы и компенсации ни к чему не приведут, хотя отдельные текущие задачи могут быть решены.

На мой взгляд, замыкаться отдельными схемами только на промэкспорте – не стоит.