Наиболее вероятным кандидатом на место куратора работы с регионами в исполкоме ОНФ называют референта управления внутренней политики администрации президента России Андрея Жорина. Его возможное назначение комментирует Екатерина Курбангалеева.

— По своей сути ОНФ – это catch-all-party. Электорально ОНФ больше, чем «Единая Россия» вместе с малыми партиями-попутчиками. Бренд раскручен и замкнут на президента страны. Весьма вероятно, что по замыслу Вячеслава Володина, ОНФ и Общественная Палата РФ должны были стать интерфейсами общенародной поддержки Владимира Путина в 2018 году.

Но ОНФ был выстроен под видение прежнего куратора внутренней политики. Сейчас этот «общественный гаджет» новому распорядителю не очень удобен и понятен. В любой организации люди назначаются либо под задачи, либо все наоборот — задачи «рисуются» под конкретных людей. Это принципиально два разных управленческих подхода. И прежний и нынешний кураторы как раз и представляют вот такие «управленческие» полюсы.

Андрея Жорина называют одним из самых вероятных кандидатов, но назначение еще не состоялось. Пока команда Сергея Кириенко не определилась с задачами ОНФ. А значит, и определиться с людьми в исполкоме ОНФ они пока не могут. Но и отдавать на откуп ОНФ не хотят. Что, в общем -то, объяснимо: если отвечать, то и контролировать.

Куратору регионов в ОНФ, на мой взгляд, необходимо понимание специфики работы в АП, с одной стороны, с другой — опыт взаимодействия с Фронтом, который функционирует, весьма своеобразно, у которого нет четких оргструктуры и функционала. Неплохо было бы иметь еще и коммуникационные навыки, так как на местах силен запрос в конструктивном диалоге между структурами ОНФ и властью.

В ряде регионов, во властных элитах по-прежнему сильно напряжение относительно деятельности ОНФ. Но сейчас не время для дрязг. Задачу достойной явки в 2018 году не решить в ситуации конфликтов и скандалов. Поэтому сегодня основными задачами с точки зрения позиционирования будут являться не противостояние или равноудаленность, а конструктивность, не публичность ценой нередкого популизма, а повышение доверия.