Эксперт Алексей Чурсинов рассуждает о ситуации с вывозом мусора в Новгородской области:

В данном случае, Новгородская область находится в очень выгодном положении. Мы находимся между Санкт-Петербургом и Москвой. И мусорная реформа в большей степени касается того, чтобы излишки мусора убирать из центра в более отдаленные регионы. Во всяком случае, я ее пока вижу именно так. Но в силу нашего географического положения нас это пока не касается. И слава Богу.

Но в Новгородской области есть своя собственная проблема с мусором. Потому что, например, Великий Новгород, как самый большой источник доходов, не имеет своего полигона. Нам приходится вывозить. Уморив соседний район. А в Маловишерском районе полигон имеет свой срок эксплуатации. И, грубо говоря, вместо 25 отведённых под эти цели лет он сможет с учетом объемов отработать всего 5 лет.

И это проблема для Новгородской области. Причём появилась она в связи со сложившимися монополиями. Есть определенный оператор по мусору. Он работает не одно десятилетие, но у него нет денежных средств на развитие. Он не может выполнить все свои обязательство по обустройству нового полигона ТБО. По условиям соглашения денег ему на это взять негде.

У нас получается, что областная столица существует без полигона. А при этом все предприятия тяготеют к центру, расположены неподалёку. К нам в область пытался зайти оператор с предложением строительства мусороперерабатывающего завода. Но мусороперерабатывающий завод нужно, во-первых, наполнить объемами, которыми распоряжаются сложившиеся монополии в виде существующего оператора и которыми он делиться не хочет.

Инвестор, который  собирался построить мусороперерабатывающий завод, хотел на основе продукта, полученного от переработки, изготавливать топливные брикеты. И отдавать их в котельные. Таким образом, он автоматически упёрся во вторую монополию по подаче тепла. Приход нового инвестора мог снизить тарифы на тепло.

Вопрос о тарифах я поднимал в прошлом году как раз в связи с тем, что истекают сроки работы полигона по ТБО в одном из районов. Но все, в конечном итоге, уперлось в действующие монополии, с которыми очень сложно бороться.