Аналитики движения «Голос» выяснили, что главную конкуренцию «Единой России» составляют самовыдвиженцы, а не политические партии.

Такие данные они приводят, проанализировав электоральную активность партий в период между двумя едиными днями голосования (с 17 сентября 2017 года по 2 сентября 2018 года). Эксперты отмечают, что, несмотря на то, что основные избирательные кампании проходят именно в единые дни, на муниципальном уровне выборы проходят практически каждую неделю. В общей сложности за изученный период прошло 500 кампаний в 68 регионах страны, пишут «Ведомости», ознакомившиеся с результатами исследования «Голоса».

Согласно данным аналитического отчета, самой активной партией за минувший год оказалась «Единая Россия», которая приняла участие в 81% выборов глав муниципалитетов. На втором месте оказалась ЛДПР (71,4%). Все остальные партии значительно уступают: КПРФ поучаствовала в 13,6% кампаний по выборам глав и 16,9% кампаний по выборам местных депутатов, «Справедливая Россия» — в 5,7% и 14% кампаний соответственно. Участие всех остальных партий практически незаметно.

Главным соперником единороссов в итоге оказались самовыдвиженцы: в таком качестве выступали 249 из 507 кандидатов на 140 вакансий. При этом только «Единая Россия» (114 кандидатов, избраны 87) и ЛДПР (100, избраны пять) выставили своих представителей более чем в 50% случаев. В итоге треть всех мандатов досталась самовыдвиженцам (избраны 45).

Похожая ситуация складывалась на мажоритарных выборах местных депутатов, однако самовыдвиженцы составили гораздо меньшую конкуренцию партии власти. Из 655 шедших в порядке самовыдвижения кандидатов избраны 198, или 17,7%, «Единая Россия» провела своих кандидатов в 70,9% округов. Тем не менее, результаты кандидатов-самовыдвиженцев оказались лучше, чем у других популярных политических партий — например, ЛДПР, которой удалось провести 27 кандидатов из 798 (2,4%), или КПРФ – 37 из 189 (3,3%).

Эксперты «Голоса» объясняют происходящее отсутствием активности самих партий на местном уровне и низким уровнем доверия граждан к партийной системе. Они также отмечают, что низкую популярность партий осознают и сами политики, которые все чаще дистанцируются от них и идут на выборы как самостоятельные кандидаты. Яркими примерами являются мэр Москвы Сергей Собянин (ЕР) и губернатор Омской области Александр Бурков («Справедливая Россия»).

Напомним, для того, чтобы врио губернатора Приморья Олег Кожемяко, также мог пойти на декабрьские выборы главы региона как самовыдвиженец, в крае срочно изменили законодательство, регламентирующее такую возможность.

В то же время не все эксперты согласны с выводами, опубликованными экспертами «Голоса». Часть аналитиков отмечает, что «токсичность» бренда «Единой России» — скорее, иллюзия, так как именно представители партии власти удержали наиболее убедительную победу на минувших выборах, а коалиционные стратегии партии обеспечат ей еще более эффективное присутствие в муниципалитетах.

Кроме того, эксперты говорят, что партии не любят нигде в мире, а в России в принципе не принято доверять институтам, поэтому в случае роста протестных настроений партии страдают первыми.

Как сообщал «Давыдов.Индекс», в единый день голосования 9 сентября выборы проходили в 80 субъектах федерации. В том числе в 26 регионах выбирали губернаторов, в 17 — депутатов законодательных органов власти. Помимо этого, в 12 региональных столицах выбрали новые составы городских парламентов, также были избраны мэры четырех столиц.

В целом, в большинстве регионов победу одержали кандидаты, представляющие «Единую Россию», однако в некоторых регионах не обошлось без сюрпризов. Так, представители партии власти набрали менее 50% голосов избирателей на выборах в заксобрания 11 из 16 субъектов федерации, при этом мандаты получили 10 непарламентских партий. Кроме того, кандидаты в губернаторы от «Единой России» не смогли одержать победу в четырех регионах страны.

Профессор Департамента социальных наук НИУ ВШЭ — Нижний Новгород Сергей Кочеров считает, что в России заметен кризис партийной системы. Основания его заложены были тем, что власть на рубеже прошлого и нынешнего столетия получила, наконец, после нескольких неудачных попыток свою партию, которая во многом напоминает КПСС, полагает эксперт.

— Есть, конечно, существенные отличия между партией власти и КПСС. Но все-таки при нашем партийном подходе исчезает потребность в других партиях. В 90-е и нулевые годы пытались создать альтернативу партии власти. Она должна была стать зависимой от руководства страны, но при этом могла бы выступать с критикой действующей партии и сменять ее на выборах.

За образец взяли американскую систему, где республиканцы и демократы, отражая интересы истеблишмента, сменяют друг друга у власти, изображая иллюзию, что в США полная демократия. У нас этого не получилось в силу исторических традиций. За это время все другие партии приспособились к ситуации и стали оппозицией правящей партии. Они прекрасно знают по каким правилам с ними играют и вынуждены играть по этим правилам, — уверен он.

Заведующий кафедрой политических наук Тамбовского филиала РАНХиГС, профессор Игорь Санжаревский, напротив, считает, что о кризисе партийной системе говорить рано.

— Не стал бы я говорить и о снижении активности партий. Дальний Восток и Хакасия доказали обратное. Хочу отметить следующее: сейчас сама «Единая Россия» невольно создает условия для партийного кризиса, потому что фактически единолично принимает решения и от мнения других партий ничего не зависит. На этом фоне другие партии могут работать только с сильными лидерами. Где они есть, там партии выигрывают, а самодвижениями зачастую являются представители «Единой России», причем всем совершенно понятно, по какой причине они это делают, — комментирует эксперт.