По мнению ряда политтехнологов, задача “70/70” (проведение президентских выборов с явкой 70% и победой “основного кандидата” с получением не менее 70% голосов) невыполнима. О том, насколько такие показатели президентской кампании возможны и необходимы, рассуждает эксперт Татьяна Лушникова:

Думаю, можно смело смотреть правде в глаза — альтернативы В.В.Путину на выборах президента в марте 2018 года нет. За годы нахождения у власти личность президента максимально приблизилась к запросам граждан страны. Хотя процесс был обоюдный — власть не только шла навстречу народу, но и “подстраивала” массы под себя. Можно поискать среди чиновников и политиков людей с требуемыми чертами, но это будет максимум одно-два достоинства. В остальном они будут бесконечно отставать от действующего президента. Например, запрос на безопасность может потянуть Сергей Шойгу, но он будет проигрывать Путину по остальным показателям. В существующей системе шанс, что действующий чиновник или системный политик выдвинется в марте 18-го года, близок к нулю. Среди несистемной оппозиции, скажем так, выражающих чаяния народа до сих пор не появилось.

Вопрос о преемнике со временем будет приобретать всё большую актуальность. Но не обязательно им станет публичный политик, известный сейчас большинству избирателей. Вспомним появление самого Владимира Владимировича. За полгода до сложения полномочий Ельциным о нём знал очень ограниченный круг людей. Уверена, сейчас начинать кампанию по избранию преемника необязательно. При условии, что здоровье президента позволит ему благополучно дожить до 2024-го года, любой названный им преемник получит поддержку большинства граждан.

Что касается установки “70/70”, согласна с большинством коллег. Такую поддержку можно обеспечить только среди жёстко контролируемой аудитории. Нельзя быть милым всем, и опросы о поддержке в 87% относятся не к электоральному рейтингу президента. 50% ходят на выборы более-менее регулярно, и они поддаются массовым методам агитации. Если придёт группа, не голосующая системно, не охваченная агитацией (а то и пропагандой, чего греха таить), там высока вероятность голосования “назло”, “за любого кроме” или порчи бюллетеней. Достичь показателя в 70% в этой аудитории не получится, даже если в списке окажется всего две-три фамилии. Идеальный выход из этого положения — отказаться от количественных показателей и брать качеством. Пусть придут те же 50%, но замотивированные и без принуждения. Тогда, думаю, установка в 70% рейтинга будет близка к реальности. Но, повторюсь, стратегам кампании придется соблюсти шаткое равновесие между качественной агитацией и отсутствием давления на избирателя.

Методы повышения явки условно можно разделить на “смысловые” и “технические”.

Смысловыми методами могут быть злободневные темы, поднятые в программе кандидатов, высокая конкуренция, активная избирательная кампания нескольких кандидатов, широкие дискуссии между оппонентами. Однако здесь нужно учитывать, что “грязная” кампания, использования “чёрного PR” и взаимные нападки, наоборот, снижают явку.

К техническим методам можно отнести привлечение людей на избирательные участки непосредственно в день голосования путем организации лотерей, розыгрышей, массовых мероприятий и тд.

Также к техническим способам повышения явки подключилась ЦИК РФ. Сейчас на рассмотрении законопроекты об отмене открепительных удостоверений и праве голосовать по месту нахождения, предварительно уведомив об этом избирком. Инициативы ЦИК можно признать здравыми, опасения вызывает лишь близость кампании, и времени для организации качественной замены открепительным удостоверениям может не хватить. А всевозможные накладки в день выборов позволят оппозиции раскачивать идею о массовых фальсификациях и говорить о нелегитимности результатов выборов.